Мои права:
Говна налипло: г.
Говна накоплено:
Приглашен срулём:
Говнобог
Мои враги:

Суровый девичий запор

К концу четвёртой пары я внезапно поняла, что тяжесть в животе, преследующая меня, по-моему, весь день, внезапно стала сильнее. К тому же живот очень сильно раздулся, в кожу неприятно впивался пояс моих брюк. Я незаметно расстегнула пуговицу и выправила блузку, чтобы расстёгнутые штаны не бросались в глаза, но легче мне не стало. Меня просто распирало, живот был, как мяч, и очень сильно выдавался из-под одежды. Как беременная, блин. В принципе, он не болел, но от этого было не легче, дискомфорт всё равно был ужасным. Вдруг мои кишки скрутило страшным спазмом, я даже нагнулась немножко, а потом внутри заурчало так, что сидящая рядом Ленка вздрогнула:
- Ты чё, жрать что ли хочешь? Да и вид у тебя что-то жалкий...
- Не, Лен, живот болит, пучит меня...
-Чё-то съела, что ли? Это из-за того, что мы с тобой в столовке капустный салат ели, у меня у самой кишки не на месте, да и срать вроде хочу... Ничё, через пятнадцать минут пара кончится, сходим в сортир, всё равно там никого не будет, все домой пойдут. А пока сиди. - сказала Ленка и подмигнула. Я-то за два года успела привыкнуть к её бытовой непосредственности, а вот посмотреть на лица её кавалеров, которые бы услышали такие речи из уст своей прекрасной Леночки, очень бы хотела. Ленка от меня отвернулась и продолжила писать конспект.
Я же продолжала прислушиваться к своим ощущениям. Живот по-прежнему крутило, и периодически он продолжал громко урчать. Я задумалась, пытаясь припомнить, когда в последний раз ходила в туалет. И по моим раскладам, было это ровно четыре дня назад. Тот раз мне врезался в память так сильно, потому что стал моим, так сказать, звёздным часом.

девочка на унитазе собирается отложитьЯ ездила к родителям в гости и обожралась там так, что еле встала из-за стола. По дороге домой зашла в магазин, а потом, с тяжёлыми сумками в руках, села в битком набитый троллейбус. Ехать мне надо было минут сорок, но на середине пути весь съеденный мной дома обед начал проситься назад с полярного конца. Короче, меня так ПРИПЁРЛО, что я уже начала сомневаться в своих способностях донести всё это до дома. Я стояла на задней площадке переполненного троллейбуса, и мысль о том, что будет, если я там "незаметно" обосрусь, придавала мне сил держаться дальше. Я честно крепилась ещё две остановки, пока терпеть не стало совсем невмоготу. Я стояла чуть не плача и держала жопу треугольником, но по моим кишкам уже гуляла пука, которая как-то сама собой выбралась наружу. Короче, жопа моя непроизвольно издала пердёж, не то, чтобы очень громкий, но ощутимый, поскольку воздух вокруг подпортился. На меня сердито посмотрел какой-то старый дядя, который мою маленькую неприятность и услышал, и почувствовал, как я понимаю. Так вот после этого началась неприятность БОЛЬШАЯ. Говно поплыло само собой, причём я в ужасе поняла, что оно полужидкое. Понимая необратимость процесса, я совсем ошалела, и начала, всех расталкивая, пробираться к выходу. С перекошенным лицом я выскочила на улицу, и в панике начала искать какие-нибудь кусты. Их не было, конечно же. Зато справа от себя я увидела торговый центр, а рядом с ним здание общественного туалета. Я кинулась туда, из-за всех сил сжимая жопу и, для верности, выгибаясь вперёд. В общем, минуты через три я уже оказалась в туалете, расстёгивая на ходу штаны, но когда залетела внутрь, то неподвижно застыла на пороге, забыв на миг, что обсераюсь. В туалете не было никаких кабинок и даже разделителей между унитазами, которые, кстати, тоже были по типу "дырка в полу". Мало того, там ещё была и огромная (где-то из восьми женщин) очередь, которая выстроилась напротив той самой стены, где сикали ещё четыре тётки. Я лихорадочно оценила своё положение и поняла, что при таком количестве незнакомых баб, которые ещё и стоят напротив, срать не смогу. Организм мой думал по-другому. Он был готов начать хоть сейчас. Сначала я хотела подождать, когда туалет опустеет. Но пока я поджидала своей очереди, тёток туда набилось в два раза больше. Ещё через минуту я поняла, что моему терпению конец, отпихнула какую-то женщину и с безумными глазами встала над очком. Я начала стаскивать с себя штаны, про себя матеря и маму, и её обед, и сломала застёжку. Но мне уже было на всё наплевать, у меня даже появилась слабая надежда, что особо никто ничего не заметит. Живот мой опять скрутило, я резко присела над очком, и наконец-то расслабилась. И тут я так громко запердела, что даже похолодела от ужаса. Звук был громким и протяжным, а после него в дно унитаза ударила струя моего жидкого говна, опять же, сопровождаемая очень громким пердежом. Мне никогда в жизни ещё не было так стыдно, но остановиться и прекратить срать я уже не могла. Мне казалось, что никаких больше звуков, кроме моего сранья, в этом помещении не было, и, хотя все, скорее всего (я не смела поднять глаза), усердно отворачивались, всё равно каждый в этот момент думал только обо мне. Воняло страшно, даже мне, вопреки известной пословице, было неприятно. Как я оттуда потом уходила, и что при этом чувствовала, рассказывать не буду. Сумки с продуктами я, кстати, оставила в троллейбусе...
Так вот, это я всё к тому, что это было последним разом, когда я ходила какать. После этого, на следующий день, мне захотелось ещё раз, но ситуация была неподходящая и я решила стерпеть, и ощущение само собой куда-то пропало. Зато появилась тяжесть в животе, которая к сегодняшнему дню достигла своего апогея. А после того раза в общественном сортире, я пришла домой, и, в ужасе от того, что такое может повториться, напилась закрепляющих таблеток. В общем закрепило меня по полной, и я столкнулась с другой напастью. Я не какала уже несколько дней, и у меня действительно был ЗАПОР. Я попробовала посчитать, сколько всего я за эти дни съела, чтобы понять, сколько во мне кала. Позавчера у Ленки был день Рождения, и я там ела-ела-ела, да и до этого особых диет не соблюдала. И сегодня мы с Ленкой действительно жрали капусту, так после такого меня вообще должно было пронести, но тем не менее. Мне было страшно смотреть на своё огромное пузо. Настроения не было абсолютно.
Прозвенел звонок. Я медленно встала из-за стола и поняла, как сильно меня всё-таки раздуло. Ленка вопросительно посмотрела на меня и спросила:
- Ну как ты?
- Полный пиздец, Лен, - тихо ответила я.
- Ладно, пойдём в сортир, там поговорим, тема деликатная, - засмеялась Ленка и потащила меня за руку. Мы шли по коридору, а мой живот опять крутило так, как будто там была война, к этому примешивалось отвратительное чувство тяжести и переполненности. Единственное, что я сейчас хотела, это сесть и просраться. На меня накатывали волны отчаяния, потому что это был первый в моей сознательной жизни запор, и что в таких ситуациях делать, я совсем не знала. Но для начала надо было посидеть как следует в туалете, куда мы с Ленкой и направлялись. Конечно, можно было это дело отложить и до дома, но наша с Ленкой квартира (снимали вместе уже полтора года) находилась на другом конце города.
- Слушай, а пойдём в преподский, там нас хоть никто не спалит, - обернулась ко мне Ленка. Она подрабатывала в универе лаборанткой, поэтому через минуту мы оказались перед дверью туалета для преподавателей. Ленка нашарила ключ в кармане и открыла замок. Туалет был всего на двоих, зато состоял из двух отдельных чистых кабинок. Я засела в правую кабинку, а Ленка крутилась перед зеркалом.
Я сидела на холодном стульчаке и кряхтела изо всех сил. Говна не было, по-моему, даже близко. Живот был круглым, как барабан, и очень твёрдым. От злости и отчаяния мне хотелось заплакать. Внутри всё бурлило, а моя жопа не могла даже пукнуть. Когда я думала о том, сколько во мне сейчас говна, на спине выступал холодный пот. Дуться я продолжала из-за всех сил.
В соседнюю кабинку зашла Ленка:
- Слушай, надо мне тоже серануть, а то в животе чёт как-то не спокойно.
Я слышала, как она задрала юбку, и шумно опустилась на унитаз. Я с ужасом подумала, что сейчас Ленка будет срать. Дома она это делает крайне шумно, а воняет после неё ужасно. До сих пор не могу привыкнуть. Зато организм у неё, как часы: серит раза по четыре в день. Да она и жрёт как лошадь. От неё у меня появилась привычка переедать, так что толстеем, да и животом маемся мы вместе. Ленка закряхтела, и пёрнула так, что я даже вздрогнула. За стенкой послышался её ржач и запоздалые извинения.

телка напрягается на толчке- О, кажется, процесс пошёл! - продолжая громко пердеть, комментировала Ленка. -Да, зря я капусту ела, чё-то меня ваще несёт. Ой, бля, ну и надристала я! Прикинь, говно вроде и не жидкое, а типа как паста из тюбика. О, понос пошёл! Ой, блядь, ебите меня семеро, вот это фонтан, бля! Ой, аж живот скрутило!
Я сидела, слушая Ленкины причитания, и готова была разрыдаться. Смешно подумать, но Я ЕЙ ЗАВИДОВАЛА. Вонь, кстати, из Ленкиной кабинки была страшная. Как она там сидела, я не знаю.
- Вроде всё. Просралася я, - раздался довольный Ленкин голос. - У тебя там бумажки нет? О, ну и куча, бля.
Ленка раза три дёрнула шнурок слива и с шумом вышла из кабинки, но дышать легче мне не стало.
- Эй, мать, хорош дристать, на автобус опоздаем! - крикнула мне подруга. Я же уже почти ревела:
- Лен, мне кажется, у меня этот... запор.
- Так ты раскакаться не можешь, что ли?
- Ну да. Четвёртый день уже.
- Что ты раньше не говорила? То-то ты так животом урчала сидела на паре!
- Лен ,знаешь, как мне плохо... - захныкала я. Ленка попросила открыть кабинку и дала мне сигарету. На мои слабые возражения о том, что я не курю, она ответила:
- Плевать, что не куришь. Сигареты знаешь, как говно гонят! Это общеизвестный факт. Я один раз, когда, короче, с Лёхой курила, ваще чуть ли прямо не в штаны, прикинь! А пердёж вообще всегда лезет.
Ленкины слова вселили в меня слабую надежду. Я кашляла, но из-за всех сил втягивала в себя едкий дым. В животе закрутило, я подулась, но опять ничего не произошло. После второй сигареты, мне показалось, что поползла какашка. Я натужилась, но получился только громкий пердёж. Я тужилась и хныкала ещё минут двадцать, но не высрала даже маленькой какашки. Так плохо мне ещё никогда не было.
Всё это время наблюдавшая за моими мучениями Ленка сделала короткое резюме:
- Всё, не хочешь срать, не мучай жопу. А то у тебя такой вид, как будто сейчас глаза лопнут. Одевай штаны и пойдём.
Я обречённо встала с унитаза. Штаны на мне уже не застёгивались, так что я просто натянула их повыше и обречённо поплелась за Ленкой.
- Ничё, сейчас домой приедем, у меня там свечки глицериновые есть, вставим тебе в жопу, так ты через полчаса прокакаешься. Не расстраивайся.
Я была уже готова на любой Ленкин совет, только чтобы не чувствовать себя мешком с какашками. Никогда до этого не думала, что запор может приносить такие мучения. Все мои мысли крутились вокруг одного: КАК ВЫСРАТЬ ВСЁ ТО, ИЗ-ЗА ЧЕГО Я СЕЙЧАС БЫЛА КАК БЕРЕМЕННАЯ.
Дома я без сил рухнула на диван. Я сняла трусы и штаны, чтобы почувствовать себя хоть немного легче. Ленка села рядом со мной, и ласково на меня посмотрела.
- Давай я тебе животик поглажу по часовой стрелке, иногда помогает. Я задрала блузку. Какой-то момент она просто на меня смотрела, а потом осторожно погладила по животу.
-Ни фига себе, как вспучило то тебя! Такое пузо... первый раз такое ваще вижу. Ты и так, мать, у нас толстенькая, а сейчас ваще как шарик. Сколько же у тя там каки, ужас... - приговаривала Ленка, гладя меня по животу. Действительно, становилось легче. Вдруг я почувствовала, как по животу гуляют газы, и поняла, что сейчас пукну. Я немножко напряглась, и начала газовую атаку. Жопа моя выдала нереальный залп. Ленка предложила мне лечь набок, чтобы легче было пукать, и самой массировать себе живот, а сама предусмотрительно открыла окно и пошла на кухню искать свечи. Всё это время из меня выходила пука, и даже вздутие чуть-чуть спало. Потом приступ метеоризма закончился, но снова начались спазмы.
Ленка вернулась с кухни.
- Проперделась? Попробуй подуйся, может чё есть там.
Я напрягла жопу, но там по-прежнему ничего не было.
- Ну ладно, давай тебе несколько свечек поставим. Тогда точно.
Я сказала Ленке, что ставить их не умею. Тогда она заставила лечь меня на живот, согнуть ноги в коленях и поднять зад. В мой анус ловко вошла прохладная свечка, потом другая и третья, а потом Ленка ещё для верности протолкнула туда свой палец и немного пошевелила им в моей жопе. При тугом ощущении её пальчика я вдруг почувствовала лёгкую пульсацию в области клитора, но живот снова скрутило, и ощущение быстро исчезло. Ленка велела мне так и лежать кверху задом и ждать, пока растают свечки. Сначала ощущение от них было прохладно-приятным, но потом оно стало каким-то мерзким, о чём я и сказала подруге. Ленка ответила, что это верный признак того, что пора идти срать, и я с перекошенной гримасой направилась в туалет.
Свечки вышли из меня какой-то белой субстанцией, некоторые из них даже не успели растаять, а в остальном повторилась та же история. Я полчаса просидела на толчке, несколько раз громко пукнула, и всё.
За то время, пока я дулась в сортире, Ленка успела сбегать к соседке и принести оттуда огромную клизму. Мне стало страшно, но я сдалась под Ленкиным напором. Она убеждала меня в том, что ничего страшного в этом нет, ей клизму сто раз ставили, и ничего со мной не случиться, зато не надо будет тратиться на слабительное. И облегчение наступит сразу. Она меня уговорила, и, несмотря на то, что делали со мной такое первый раз, я даже как-то расслабилась и начала следить за Ленкиными приготовлениями.
Она развела в маленьком тазике воду с глицерином, получилась мутная густоватая жидкость, и полностью вылила её в грелку. Когда я увидела объём того, что должно поместиться в моём животе, я запротестовала, но Ленка быстро меня заткнула. Она предложила мне раздеться до конца, чтобы легче принять процедуру, и лечь на тахту набок, притянув к себе согнутую в колене ногу. Напротив меня было зеркало, и я молча смотрела на своё отражение. Я почувствовала запах детского крема, которым Ленка обильно смазала наконечник, а затем и моё очко. Крем был холодный, и ко мне вдруг вернулось то чувство, которое уже посещало меня, когда мне ставили свечи. В мой зад медленно вошёл пластмассовый наконечник, и я снова ощутила приятное волнение, но мне в тот момент было слишком плохо, чтобы понять его до конца. Я посмотрела в зеркало на свой несчастный раздувшийся животик, и с надеждой подумала, что скоро смогу РАЗОСРАТЬСЯ.
Ленка вдруг выбежала из комнаты, и вернулась с эмалированным ведром.
- На него сядешь, а я потом вылью. А то до туалета не добежишь, весь коридор загадишь.
Она похлопала меня по жопе и посоветовала во время спазмов глубоко дышать через рот. И как бы не хотелось выпустить всю воду, крепиться изо всех сил. А потом открыла кран. Сначала я ничего не почувствовала, а потом по моим кишкам побежала вода. Ощущение, как ни странно, было весьма приятным. Я снова возбудилась, и в этот раз чувство было острее, чем в предыдущие. Мой запор отошёл на второй план, осталась только тёплая водичка, приносящая странное, мучительное, но всё-таки ни с чем несравнимое наслаждение. Но потом начались резкие спазмы. Я застонала, и Ленка, поймав мой взгляд в зеркале, напомнила мне, как нужно дышать. Действительно, они быстро прошли. Зато я вот поняла, что ещё секунда, и из моего очка забьёт фонтан, терпеть было уже не возможно. Я глянула на себя в зеркале : лицо моё было потным и красным от натуги, а живот стал просто огромным.
- Лен, я обкакаюсь сейчас, - захныкала я.
-Терпи, ещё немножко, - ответила подруга.
- Лен, я не могу уже. Посмотри, как меня раздуло. У меня живот сейчас лопнет. Лен, ну я не могу...
Моя жопа начала выталкивать наконечник, но Ленка вставила его обратно, и для верности сжала мне жопу руками. Я почти что плакала. ТАК Я НЕ ХОТЕЛА СРАТЬ НИКОГДА. Моё сортирное приключение несколько дней назад по сравнению с этим было цветочками. Мне казалось, что ещё немножко, и я начну срать прямо на тахте. Слава богу, что Ленка и правда принесла ведро. Я опять захныкала.
- Всё, всё, - сказала Ленка, вытащила из моей попы наконечник, и зажала её ещё сильнее. Я попыталась встать, но подруга прижала меня обратно к кровати, и сказала, что надо немножко полежать, чтобы говно во мне немножко размякло. А раз клизма ещё и с глицерином, все мои самые твёрдые какашки повылетают из меня как горох. Я же лежала, и чувствовала, что сейчас лопну, меня буквально распирало во все стороны.
- Леночка, миленькая, у меня сейчас кишки лопнут, н можно я посру уже, хватит меня мучать, -причитала я.
- Ну ладно, ладно - сказала Ленка, одной рукой пододвигая ведро, а другой продолжая держать мою жопу. Она помогла мне встать, всё ещё держа мою задницу, и с шумом усадила на ведро. Вставая, я мельком увидела в зеркале своё гигантское брюхо, а когда плюхнулась на ведро, в его дно ударила такая струя, что я не поверила своим ушам. Она била из меня примерно минуту, а Ленка со смехом сказала:
- Что, плотину прорвало?
Потом я начала страшно пердеть, никогда я ещё не пердела так громко. Ведро придавало акустики, и мне казалось, что бздёж мой слышали даже соседи. Ленка же покатывалась со смеху:
- Ну ты, мать, и здорова серить! Давай тише, а то тётя Клава милицию вызовет! Ха-ха-ха!
На секунду весь процесс остановился, я помяла свой раздутый живот, и из меня снова, вместе оглушительным пердежом, забили фонтаны воды. А потом и повалились котяхи говна, которые с глухим стуком ударялись о дно ведра. Воняло, кстати говоря, страшно. Ещё бы, сколько во мне было это говно. Когда из жопы вывалилось всё твёрдое говно и вылилась вся вода, я начала дристать. Полужидкий поносный кал видимо копился из-за старых каловых камней, которые преградили ему путь, и поэтому кишки мои сегодня так бурлили. Срала я без остановки, и каждая секунда была для меня маленьким шажочком к облегчению, такой счастливой я ещё никогда не была.

унитаз- Чё, дрисня пошла? - спросила Ленка.
- Никогда в жизни так не срала, Лен, честное слово, - ответила я, но слова мои потонули в звуках моего громогласного пердежа. Просидела на ведре я ещё минут двадцать. Когда ко мне пришло понимание тог, что НАКОНЕЦ-ТО Я ПРОСРАЛАСЬ, мне хотелось прыгать от счастья. Я почувствовала себя новым человеком и с лёгкостью встала с ведра. живот мой, наконец-то, стал нормальных размеров, а во всём теле была небывалая лёгкость. Я посмотрела в ведро и ужаснулась : над тёмной коричневой водой возвышалась огромная куча из жидкой дрисни и огромных (как только они из меня так легко вылетели) чёрных каловых камней. Ленка заглянула мне через плечо и обескураженно сказала:
- Вот это с облегчением, так с облегчением... У тебя, кстати, вся жопа в говне, так что забирай своё богатство и иди мойся.

Я послушала её совет, и отправилась в ванную. Воняло страшно, пришлось открыть балкон.
Потом как и была, голая, села и закурила. Никогда я ещё не была так благодарна подружке...
 


* Похожие испражнения


Очарованный дальнобойщик

очарованный дальнобойщикМастеру вождения приходится лавировать среди небоскребов, когда он становится огромный как Марио, съевший грибов, и управлять самолетом, опасно летящим в узкой трубе толстого, а затем и тонкого кишечника.


Поди, говна принеси Короче, говорит мне жена: слы, Спиди, у нашего мелкого в детском саду группу на карантин закрыли. Я говорю: ну и чо, он и так уже три дня в сад не ходил, а она: так это, там какую-то ротовирусную инфекцию нашли. Я говорю: да ебись она в рот, инфекция эта, а она говорит: нихуя, теперь надо,
День, когда мир поменялся навсегда для всех

джигурда на заводе Говноляндии13 часов дня. Я провел дипломатическую встречу с Джигурдой, подписать контрабандный контракт на продажу говна из Говноляндии в ООО "Джигурдапром". Он говорит, что из говна на его заводе получаются духи, помады, освежители воздуха. и все это люди скупают огромными партиями. Ну было как то пофигу, главное бабки выручить за контрабанду. Продал говно очень дорого. На эти деньги можно было бы купить весь Люксембург.



* СРАТЬ ТУТ

2 года назад
Сруль 312406 ω
Круто) Срать говно сортир
5 лет назад
Сруль 134689Аня ω
Поняла класс
7 лет назад
Кристопердёжник
она села голая и закурила... А если бы я был рядом, я бы ей перделку бы починил

Если плохо видно - нажмите

© ГОВНО - НАРОДУ!